А ты прости и отпусти...

Мне очень часто что в жизни, что в интернете, встречаются советы в ситуации сложных отношений (родители и дети, супруги, просто знакомые - в любом варианте) из категории "прости и отпусти". Кинула сестра с наследством - а ты прости и отпусти. Она же сестра. Мать обманом лишила жилья - а ты прости и отпусти. Она ж мать. Брат не отдает долг в два миллиона - а ты прости и отпусти. Он же брат. Муж бьет, издевается, выносит мозг и мотает нервы? - О-о-о-о! Это вот тебе свыше такой крест, ты должна его простить. И отпустить. Ах, да - еще и пожалеть. Он же мушшш, отец твоих детей, или не твоих, или не отец, но ты прости и отпусти, и тебе непременно станет легче. 

 

Лет 15 назад я сказала бы "Да, конечно, надо прощать, надо отпускать ситуацию, ведь Евангелие..." и привела бы с десяток цитат в подтверждение своей правоты. Но затем я поняла, что что-то с нашим прощением не так. Мы неправильно прощаем.

 

Что я скажу сейчас? Что преступник должен сидеть в тюрьме. Глеб Жиглов не читал Библию, но тридцатым чутьем, чуйкой своей ментовской познал простую истину - преступник должен быть наказан. Знаете, чем мне симпатична его позиция? Тем, что она глубоко христианская.

 

Что происходит в народном сознании? Происходит подмена понятий. Под прощением стали понимать бездействие. Ибо само прощение для нас уже давно утратило смысл, оно извращено по максимуму народной религиозной самодеятельностью. Люди перестали различать прощение, бездействие, непротивление, страх, боязнь перемен, выдавая и принимая религиозную инфантильность за духовные дары.

 

Почему-то у нас, говоря "прости", подразумевают "не делай ничего такого, что могло бы призвать обидчика к ответственности" или "делай вид, что ничего не происходит". Фактически призывают не мешать мерзавцам делать то, что они делают. Это абсолютно противная христианству позиция, потому что те, кто ее придерживается, напрямую способствуют умножению в мире убийц, насильников, воров, садистов и прочих мразей всех видов. Запомните: безнаказанность порождает вседозволенность. Уклонением от мер противодействия мы плодим преступников.

Я веду речь не только о преступниках в их классическом понимании, я говорю обо всех тех людях, которые ущемляют интересы других во имя собственных, чьи деяния, может быть, не попадают под букву действующего законодательства, но предосудительны с точки зрения морали и человеческих отношений. Я говорю и о тех, кто обманом лишает жилья, отнимает законное наследство, не хочет отдавать долги, кто ломает жизнь. О преступлениях, а это тоже преступления, за которые не предусмотрено административного или уголовного наказания.

 

 

Над психикой человека, против которого совершено какое-либо преступное деяние, было совершено насилие. Его унизили, его оскорбили, его, что называется, опустили ниже плинтуса. От последствий такого душевного насилия нередко люди излечиваются годами и не у всех это получается. А что делает общество? А особенно общество людей, считающих себя религиозными, православными? Вместо того, чтобы помочь пострадавшему, оказать ему сочувствие и помощь, они продолжают его насиловать. "А ты его прости! Надо простить! Ты должен простить!" - и цитаток ему из святоотеческих поучений для большей убедительности. Пострадавшему и так плохо, у него подорвана вера в людей, в добро, он может быть морально раздавлен, так нет, его рывком поднимают на ноги и толкают вперед: "Ты чо? А ну, иди, давай! Прощай, тебе говорят!" и пинками начинают ему объяснять необходимость прощения.

 

Почему требование простить в таких случаях равнозначно насилию? Потому что простить просто потому, что "должен", невозможно. Прощение это глубинный процесс, для возникновения и благополучного завершения которого должны быть определенные предпосылки.

 

Во-первых, человек должен созреть до того, чтобы быть готовым простить своего обидчика. Часто человек не может просить не потому, что не хочет, а потому, что еще не готов к этому. Он еще не созрел, боль в нем еще кипит, он еще не пережил, не переболел тем, что с ним произошло. Прощение приходит только тогда, когда внутри снижается температура, кипение прекращается и пар уходит вместе с чувством поражения и обиды.

 

Во-вторых, почему-то, говоря о необходимости прощения в варианте "не преследуй его", у нас часто забывают о том, что прощению должно предшествовать покаяние. Без покаяния невозможно никакое примирение с обидчиком. Прощение должно иметь благие последствия, ведь прощение само по себе это примирение и с ситуацией, и с человеком, который в эту ситуацию вверг, и с Богом, причем у обеих сторон. Каждая ситуация должна к чему-то привести, если сказать прямо - то каждая ситуация должна приводить к победе добра над злом. Пышно сказано, но других слов подобрать не могу. Если человек сделал гадость, в которой не собирается раскаиваться, а те, кого он обидел, занимают псевдодобродетельную позицию "Мы его простили", то какой прок от этого прощения? Обидчику это их "мы его простили" абсолютно параллельно и глубоко фиолетово. Он как делал зло, так и продолжает его делать. Только теперь это зло вошло в новую стадию, преступник, окрыленный своей безнаказанностью, станет еще более наглым и продолжит совершать свои преступления с еще большей дерзостью. И кто-то, глядя на это, тоже пойдет по пути беззакония и тоже, вдохновленный безнаказанностью, будет делать плохо окружающим. Зло умножится.

 

В-третьих, обидчик должен не только раскаяться, но при объективно имеющейся возможности компенсировать нанесенный ущерб: украденное и обманом отнятое вернуть, испорченное заменить, оклеветанному помочь восстановить доброе имя.

 

В семье знакомых произошла некрасивая история. Их дочь стала жертвой брачного афериста. Прознав, что девушка из состоятельной семьи, негодяй стал за ней ухаживать, уже имея гражданскую жену и общего с ней ребенка, втерся в доверие, женился, через несколько месяцев попросил у тещи "в долг" миллион - это было 15 лет назад, огромные деньги - и тут же подал на развод. Денег он, разумеется, не вернул. Когда я спросила их, почему они не обратились в суд, ведь расписка была у них на руках, они ответили: "Мы решили, что его надо пожалеть". Ну, наверное, у людей много лишних денег, другого объяснения такой жалости я не вижу. И к чему эта жалость привела? Их фактически ограбили, они милостиво "пожалели" урода, который, к тому же и бросил их дочь беременной, а этот красавец еще ходил и насмехался над "дураками" и спокойно вил тихое семейное гнездышко в квартире, купленной на их деньги.

 

Прощение вовсе не означает, что положение дел должно остаться неизменным. А ведь именно так многие понимают прощение: грубо говоря, если муж бьет жену, то жена должна его "простить": не писать заявления в полицию и оставаться с ним жить, делая вид, что ничего не произошло. На самом деле прощение и наказание весьма далеко отстоят друг от друга. Можно не наказывать, но при этом не прощать, а можно простить, но не отказаться от разумных действий по восстановлению справедливости. Надо уметь различать прощение и действия по защите справедливости и своих интересов.

 

 

Как-то раз в юности с похожим вопросом я обратилась к священнику: как же быть, если человек сделал плохо, исправлять ситуацию не собирается, а его вроде как надо простить. Как в дальнейшем-то общаться? И священник рассказал мне историю из Пролога. Некоего старца, уважаемого и известного своими подвигами, обвинили в страшном грехе. Его подвергли суду, не приняв во внимание его заверений, что он не причастен к этому делу. Старец со смирением принял незаслуженное наказание и три года занимался черными работами в монастыре - из духовников его, естественно, "попросили". А потом волей обстоятельств открылась правда, настоящий преступник был найден. Вся братия монастыря пришла к старцу и повалилась на колени: "Прости, отче!" И старец, конечно, их простил, но в тот же день покинул обитель, как ни умоляли его братья. "Никто из вас не смог здраво оценить ситуацию, - ответил старец, - поэтому я не могу больше оставаться здесь".

На мой взгляд, совершенно разумное и здравое решение, ничуть не противоречащее христианской этике. Раз люди однажды учинили беззаконие, то ситуация может повториться. Не стоит испытывать судьбу и искать "креста". От таких ситуаций надо уходить. Уходить, простив обидчиков. И нет никакого греха в том, чтобы призывать согрешивших к ответу. Люди должны нести ответственность за свои проступки не только перед Богом, но и перед обществом.

 

 

Лилия Малахова


Оставить комментарий

Комментарии: 1
  • #1

    Татьяна (Вторник, 25 Октябрь 2016 07:23)

    На словах простить всегда легко, но чтобы искренне, от сердца- не всегда возможно. Я предпочитаю не думать, не помнить о тех, кто доставил мне неприятные минуты, часы, дни. Есть люди, которых я вспоминаю только когда получаю очередной "приветик" от них. Побурлю недельку, ликвидируя последствия и латая дыры и снова забуду их и успокоюсь. А меня все учили, что это неправильно, что надо простить, облобызать. Пробовала. Каждое налаживание добрых отношений мне потом многих нервов стоило. Пусть уж живут в забвении. До очередного всплеска.